Талергофский Альманах
Выпуск IV. ТАЛЕРГОФЪ. Часть вторая.
Главная » Талергофский Альманах 4
104

Смерть и похороны.

Было первой зимой немало такихъ случаевъ, что изъ интернованныхъ, ложившихся вечеромъ спать, утромъ нЪкоторые уже не просыпались. Если же кто въ баракЪ умеръ, то сейчасъ клали его въ самый примитивный гробъ и выносили на дворъ подъ баракъ, гдЪ покойникъ и лежалъ до похоронъ, которые отбывались скоро, — черезъ 8-10-12 часовъ по смерти.

Только немногимъ удавалось получить изъ Граца лучшіе гробы и быть похороненными торжественно. Изъ упокоившихся въТалергофЪ священниковъ, напримЪръ, бЪдный и несчастный о. Несторъ Александровичъ Полянскій, умершій въ больницЪ(!) на тифъ, злобно варварски былъ больничнымъ персоналомъ на разсвЪтЪ дня, только въ одномъ бЪльЪ и въ наскоро и грубо сколоченномъ гробЪ, съ иными бЪдными покойниками, забранъ и отвезенъ на кладбище и въ отсутствіи кого бы ни было изъ своихъ и безъ похороннаго отпЪванія похороненъ! Въ этомъ виноваты трусливая команда лагеря и чудовищно трусливые больничные врачи.

Что касается вшей, то были онЪ истреблены только тогда, когда уже была намъ построена баня, a въ ней паровой дезинфекціонный аппаратъ, нагрЪваемый чрезвычайно сильно. Всякое бЪлье, платье и всякія покрывала сдавались въ этотъ аппаратъ и получались обратно уже съ совершенно убитою массою вшей.

Въ началЪ 1915 года, были назначены и передЪланы два барака сначала (№ 14, a позже № 13) въ больницу, но когда лЪтомъ того г. прибыла комиссія изъ ВЪны осмотрЪть Талергофъ, то генералъ, глава комиссіи, сказалъ, что похожи эти больницы скорЪе на нужденный магазинъ, но не на больницу. ПослЪ этого были построены значительно лучшія больницы въ мЪстЪ, гдЪ я отмЪтилъ на планЪ.

Изъ-за тифа вышло не лишь то несчастье, что умерло повально столь много людей, но еще и другое, a именно то, что все платье заболЪвшихъ тифомъ крестьянъ, ихъ домашнее льняное или конопляное бЪлье, ихъ сЪраки и кожухи, ихъ обувь, и вообще ихъ вещи, ими самими сдЪланныя, и потому и крЪпкія и драгоцЪнныя, были сожжены, a имъ было взамЪнъ выдано самое дрянное, ничтожное и тандетное (плохого качества). Такъ ограбленные люди остались въ буквальномъ смыслЪ слова нагими!

Не могу обойти молчаніемъ еще и того печальнаго обстоятельства, что больныхъ тифомъ больничная прислуга ловко обкрадывала, особенно крестьянъ, которыхъ некому было взять въ защиту и опеку, ибо въ бараки тифозныхъ больныхъ и тифозныя больницы, никому изъ насъ не было позволено ходить.

Жаль было смотрЪть и на реконвалесцентовъ: они ходили около своего барака въ одномъ бЪльЪ,

105

завернутые одЪялами или коцами, худые и блЪдные какъ тЪни и голодные до обморочнаго состоянія. Имъ подавали Ъсть только "юшку" (жидкости). Мало кто изъ реконвалесцентовъ получалъ украдкой по стакану молока или по куску булки.


Группа ссыльныхъ въ Wuernsdorf ad Poeggstall: о. Григорiй Стецевъ изъ Станковецъ, о. Iоаннъ Созанскiй изъ Во-лощи, о. Iоаннъ Лозинскiй изъ Горпина и Иванъ Макс. Пашкевичъ изъ Львова (снимокъ сдЪланъ 6-го февр 1916 г.)

Меня просилъ однажды мой любимецъ, Стефанъ ФЪрко, чтобы доставить ему стаканчикъ молока и хотьбы одну булку: и этого нашего разговора караульные не замЪтили. Но когда я ему желаемое уже доставилъ, налетЪлъ на меня караульный съ крикомъ: "marsch! marsch ! bekommst gleich a Watsch! („пошелъ вонъ, пошелъ! a то сейчасъ оборвешь по мордЪ!") Но я не убоялся; я поставился къ караулу остро: „Я не принимаю такихъ словъ; мнЪ нельзя говорить „marsch", я старый священникъ". Въ этотъ моментъ прибЪжалъ капралъ и спросилъ, въ чемъ дЪло. Я ему пояснилъ, онъ записалъ мое имя, посмотрЪлъ пристально и ушелъ, но къ рапорту меня не вызывали.


mnib-msk@yandex.ru,
malorus.ru 2004-2018 гг.